22.html

Ева

Род. в 1917

Пятая по счёту в семье Лазаря, самый деятельный и самый энергичный человек в 3ем поколении, включая мужчин.

Коммунист с ещё довоенным стажем, притом эту партию проклинала со дня поступления. Но поступить была вынуждена, перед войной уже была членом заводского комитета партии фанерного завода “Звезда” в Копцевичах. С юности характерная Рошаловская походка, снежно-белая короткая шубка под песца, чёрная юбка, лихой берет набекрень - такой я помню Еву до войны.

С первого метра движения мучной платформы в эвакуацию Ева возглавила этот процесс. Брату Володе, не призванному в армию, было 15 лет, остальные дети - горох, при этом один, Борис Альперин, был ещё в проекте. Чётко работал совет сестёр, но ответственные решения всегда принимала Ева. Стащить ли сена из стожка у железной дороги на минутной остановке, чтобы мягче было спать на мешках, успеть ли сварить кашу для детей на межпутье, разведя костёр на самом неподходящем месте (на встречу, на фронт шли эшалоны с военной техникой и боеприпасами) - всё это делалось по командам Евы, и всё нормально сходило с рук. Она же была основной тягловой силой по перетаскиванию мешков, узлов и знаменитой полукубометровой корзины из прутьев ивняка. И покрикивала, и организовывала, и где-то доставала еду в пути. Кстати, то, что удалось увезти в узлах, потом спасло жизни в эвакуации - обменивали на продукты. О пропитании Ева заботилась постоянно. К примеру, с работы в детской консультации в Черниковке часто появлялась полная четырёхлитровая кастрюля сметаны, - лучше “проконсультировать” детей своих сестёр было невозможно.

В 1942 году приехал в Черниковку Ошер Гендельман, списанный с военной службы по фронтовому ранению. Уже тогда лысый, энергичный, контактный красавец. Они с Евой поженились. Это была первая военная зима. Жили мы все в многоквартирном деревянном доме с печным отоплением, а печи эти топить было нечем. Первую кражу у государства я совершил в 12 неполных лет. Мы с Ошером натаскали на отопление щиты снегозадержания с ближайшей трамвайной линии. Сейчас я успокаиваю себя тем, что башкирский буран всё равно переметал пути вместе со щитами.

В 1943 году появился Вова. Но судьба этого брака, Ошера и Евы, была предопределена: не могли бы эти два человека с такой энергией, напором, оба - прирождённых лидера, жить вместе. И 1 августа 1944 года Ева с Башевой и четырьмя детьми двинулись в обратный путь. На телеге от Черниковска до вокзала в Уфе, на пассажирском поезде до Калинковичей. А дальше - прифронтовая полоса, поезда не ходили. От Калинковичей ехали в паровозной будке, потом нас пересадили через 10 км. на платформу (!). На ней и прибыли в Копцевичи.

Прошло всего лишь две недели, как оттуда выгнали немцев. От посёлка “старого завода” не осталось ничего, ни одного дома. Поселились у довоенной знакомой, Гели. Там же, в её доме, на постое было отделение красноармейцев. Каждую ночь они уходили на патрулирование, добивать отставших немцев, крутившихся около Копцевич в лесу. Жить и работать в Копцевичах было негде. случайно встретился бывший начальник Копцевичского сенопункта, который возглавлял теперь сенопункт в городском посёлке Хойники, Гомельской области. Он пригласил Еву туда на работу. Посёлок сохранился лучше, он стоял в стороне от магистральной железной дороги, на ветке от ст. Василевичи.

Выехали из Копцевич на платформе (!!). Товарняк мог останавливаться на каждой станции через 5-10 минут, а мог четыре часа переть без остановки. Ева приняла решение: если в Василевичах поезд не остановится, сгружаться на ходу!

За километр до станции мы с Евой открыли щеколды и пнули борт, чтобы он повернулся на 180 градусов и повис. Но борт повернулся на 90 градусов и застрял намертво, расширив на полметра габарит платформы. Впереди показался пакгауз с разгрузочной платформой, которая подходила вплотную к путям. У меня тогда ещё были волосы на голове и они встали дыбом. Мы с Евой в трансе смотрели, как этот борт пронёсся над рампой сантиметрах в 3-4 над ней, и сразу после этого поезд замедлил ход и остановился через километр на ст. Василевичи. “Гут, - сказала Ева, - давай выгружаться”.

Этим, окованным железом бортом двенадцатиметровой длины нас могло срезать с платформы, как бритвой.

Тридцать лет спустя, проверяя ход строительных работ на одном из моих объектов, на станции Кедровка Свердловской области, я вверг в столбняк подчинённого мне начальника управления, приказав ему перенести разгрузочную рампу у строящегося пакгауза на 50 сантиметров от пути.

В Хойниках Ева нашла брошенный дом, и мы заселились в него. Работы не было, еды купить было не на что. Башева сидела с детьми, а Ева осуществляла челночные рейсы в Гомель - покупала ткани, продавала их на рынке в Хойниках, а с рынка несла по 8-10 караваев хлеба.

Потом устроилась на работу в пошивочное ателье, “комиссаром”. Все мы приоделись тут же. Мне она “из ничего” сотворила красивую серую шинель, которую я носил 8-10 классы. А далее, видимо с её лёгкой руки, следующие после школы 31 год шинели мне давал Министр Обороны.

В 1946 году в Пинске появился двоюродный брат Башевы и Евы, Эбер Вульфович. Переехали в Пинск. Водопроводная, Брестская, Портовая, Полтавская улицы, - за короткое время сменили четыре квартиры, уже коммунальных.
Надвинулись партийные неприятности у Евы, и году в 50м неразлучные сёстры снова двинулись в путь. На сей раз в Акмолинск, Казахской ССР.

Через полтора года в Челябинске появились Ошер и Хема, двоюродные по бабушке Леи линии. Ева с Вовой двинулись туда в разведку. Следом поехали Башева с Зямой Капланом и детьми.

Сын Вова давно обосновался в Ленинграде. В 1989 году умерла Башева, спустя некоторое время уехала в Израиль Соня. В Челябинске Еву не держало ничего, и она переехала в Ленинград, ближе к сыну.

У Евы - многочисленные хобби. Собирать опят, садить огород на даче, где картофель вырастает стеблями на 2 м. вверх и горошинами внизу. Но главное хобби - варить варенья и рассылать их родне. Недовольна, что мы уехали в Америку: далеко слать банки. Готовит много и вкусно. Если, будучи у неё в гостях, потерять бдительность, можно не встать из-за стола, закормит, притом, от души.
Характер её и в 81 год такой же властный и непреклонный. Не обижается, что Вова называет её “Васса Железнова”, по-моему, ей это нравится. С болезнями своими справляется, относится к ним легкомысленно. Лечится собственными способами, на официальную медицину - плюёт.

Любит поплакать, но в целом человек оптимистичный. Здоровья ей на долгие годы, старшей в роду!
Сын, Вова, в Ленинграде, работает успешно, хорошо устроен, при всей занятости внимателен к Еве, и явный лидер в помощи родне, при этом не в незначительном объёме.

Внучка, Света, с прекрасным внуком Дэвидом, в США - Швейцарии.